О лошадях

Регулярно кататься на лошади мне хотелось начиная со взрослого знакомства с верховой ездой. Произошло оно во время отдыха на горном Алтае. Обычным способом подработки у населения в этом регионе является сдача в аренду до пары часов домашней лошади для туристов. Попался на эту удочку и я. Сел, усвоил пару объяснений, поехал по небольшому леску. Понравилось так, что через неделю уже ехал в однодневный поход на лошадях вглубь алтайских деревень. Тогда прокатились и первый раз галопом, и ощутил любовь лошадей к соревнованиям между собой.
Вернувшись в родной город я начал искать возможность регулярных поездок. В городе было две конюшни. В одной из них лошади содержались в ужасном состоянии (не от хорошей жизни конюшни, конечно). Во второй условия содержания были лучше, но было только две опции: получать уроки катания на лошади или совершить прогулку по лесу. Заниматься конным спортом я не собирался, а прогулки по лесу выполнялись только шагом по одной и той же тропе около километра между дорогой и стадионом. Добавляем к этому 7 месяцев стоящие холода, когда лошади явно не комфортно выходить и кого-то куда-то по сугробам везти.
Так желание постоянно кататься на лошади внезапно пропало.

Сменив место жительства после периода начального обустройства начались первые попытки поиска. Все они заканчивались провалом, т.к. все конюшни находились вне доступа общественным транспортом, а машины у нас не было.
Но очередная попытка увенчалась успехом. Маршрут одного автобуса оставлял только 10 минут пешком, после чего из-за веток открывался огромный пустырь, огороженный лесом, на котором были конюшни, два круга для тренировок, место для выгула и выпаски лошадей. Всё выглядело удобно сделанным именно для животных.
Конюшня предлагала как уроки верховой езды на месте, так и прогулки длительностью до трёх часов, а раз в 2 месяца организовывались многодневные походы на лошадях в различные районы Бразилии. Приятным бонусом при первой прогулке оказалось, что проходят они в близлежащем экологическом парке площадью около 10 квадратных километров, в которой запускали только для катания на лошадях и велосипедах.

Второй выезд в парк не заставила себя долго ждать, так как хотелось вспомнить ощущения езды в седле.
Дело было в выходной день, и среди желающих прокатиться с нами в нагрузку оказалась девочка лет 8 по имени Эми, ехавшая на Луне. Мне дали Кардинона. Заехав в парк сопровождающая разрешила нам с Эми ехать вперёд на вершину горы, уделив больше внимания езде рысцой моей приятельнице. Парк огромный, куча тропинок, были мы там один раз. Но маленькая японская девочка выглядела уверенно, и я поехал за ней. На одной из развилок она выразила сомнение в правильности пути. Я поехал посмотреть одну из троп. Обходя лошадь, то ли сама девочка, то ли Луна издали странный звук похожий на подсвист. Тогда я подумал, что так девочка запускала лошадь со стоячего места. Но Кардинон испугался, и сразу рванул в галоп. Лошадь Эми за нами. Спуск с горы, взбирание на неё всё тем же галопом, и запыхавшегося Кардинона мне удалось остановить несмотря на бегущую сзади Луну.

Постояв в кустах и ожидая приближения сопровождающей достаточно долго, решили, что легче вернуться до начала парка и понять туда ли мы свернули. Мы выехали на главную дорогу и неспешащей рысцой поехали. Я ехал чуть позади, и Эми, хотев что-то сказать мне, приостановила свою лошадь. Когда голова Кардинона достигла холки Луны — опять тот же звук, и моя лошадь снова в галопе. Эми, видимо и в прошлый раз уже успела немного напугаться, и в этот раз с первых метров этого галопа я услышал близкие к истеричным крики «стой, Луна, стой, да остановись же ты». У меня паники не было, я тянул поводья на себя, пытаясь остановить лошадь, иногда пытаясь завернуть в кусты (обычный способ остановки лошади в критических ситуациях), но не настаивая на этом, т.к. знал — спереди трёхметровые ворота, возле которых лошадь будет вынуждена остановиться. Крик Эми иногда прекращался, видимо девочке стоило ещё и немалых усилий удержаться в седле. Добежав до ворот, Кардинон покрутил головой и ожидаемо остановился. Луна приближалась, и чтобы оставить ей место для манёвра, я развернул лошадь в левую сторону. Это стало роковой ошибкой.

Услышав приближающийся стук копыт, Кардинон начал искать пути, и нашёл. Оказалось, что как раз в левой стороне от ворот лежала маленькая тропинка, максимум для прохода одного человека по ширине, куда и рванула моя лошадь. Тропка явно не предназначалась для верховой езды: постоянные повороты, ветки даже на высоте спины лошади, не говоря об уровне всадника. Галоп по кривой — не самое простое занятие, и я сосредоточился на том, чтобы удержаться в седле и уворачиваться хоть как-то от веток. Голос Эми не был слышен, но топот копыт сзади уверял меня, что девочка занята тем же — попыткой пострадать как можно меньше.

На одном из извилистых поворотов я отчётливо увидел, что лошадь за мной бежит уже без всадника. Ветки становились всё более частые, тропинка, шедшая поначалу вдоль забора парка, начала заходить в лес. Я уже чувствовал, как горели руки от обжигающих постоянно веток, и надеялся на скорый выезд хоть на какую-то дорогу пошире. За очередным поворотом меня ждал сюрприз: лежащий ниже уровня спины лошади ствол дерева. Кардинон, очевидно, собирался проехать нагнув голову, а я… Я просто вцепился в седло и приготовился к удару и вылету из седла. Следующее что я помню — вцепившаяся в седло рука, я всё также на лошади, во рту отчётливый вкус крови, в глаза с рассечённого лба течёт кровь, скачем уже по широкой дороге. В этот раз уже не составило особого труда пустить лошадь в кусты и остановиться. Я слез, взял Кардинона под уздцы, встал и взял передышку. Через полминуты к нам на мопеде подъехал охранник парка, выбежавший из сторожки на крики девочки, поинтересовался моим самочувствием, сообщил, что вторая лошадь уже на пути ко входу в парк, и поехал искать нашу сопровождающую. Я отделался рассечениями и парой выбитых зубов. Всё ещё находясь в небольшом шоке, садиться на лошадь я не решился и двинулся в сторону входа в парк. Возле ворот охранники рассказали мне, что девочка отделалась небольшими ушибами при падении, потерянными нервами и сорванным голосом. Вскоре подъехала сопровождающая и мы продолжили нашу «прогулку».

Затрагивая моральную сторону вопроса содержания лошади в неволе, дескать человек издевается над животным и заставляет его действовать в ущерб его желаниям: наверное в этом есть рациональное зерно, когда идёт речь о скачках. Ведь несмотря на соревновательный дух любого жеребца, сумма разыгрываемых денег заставляет выжимать из животного всё. Но если говорить о верховой езде, и о роли животного в хозяйстве, то мне не кажется всё настолько однозначным.
Аргументы защитников окружающей среды обычно следующие: стала ли бы лошадь жить у человека, если бы у неё был выбор?
Я буду опираться на собственный опыт.
Какое-то недолгое время мне довелось пожить на Алтае в небольшой деревушке. Существование этого поселения без лошади просто было бы невозможно, т. к. на машине, а тем более тракторе, достичь этих мест из-за постоянной грязи и гор практически невозможно. Таким образом лошади обеспечивают посев и сбор урожая, пропитание людей, а те, в свою очередь, платят им тёплым кровом на холодные зимы (температура достигает -40C). Таким образом, союз даёт возможность выживать обоим видам.

Вторым аргументом обоснованности существования лошадей у людей видится тот факт, что при отсутствии культуры верховой езды популяция лошадей в мире, как мне кажется, была бы минимум на порядок меньше существующей. Люди постоянно охраняют животных, следят за их здоровьем, выводят новые породы, и всё это благодаря популярности этого занятия.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *